«Я счастлив лишь тем, что жил для людей»


Александр Николаевич Сабанцев - ветеран Великой Отечественной войны, Заслуженный учитель школы РСФСР, Лауреат премии имени Н.К.Крупской, Отличник просвещения СССР и РСФСР, кавалер ордена Знак Почета, Заслуженный ветеран Томской области, Почетный житель п. Светлый.
Из печати вышли 12 его книг. Cреди них – «Вся жизнь – урок», «Когда наступило утро», «Все начинается с детства», «Зарубки на память», «Колокольный звон души», «Встревоженное сердце». Главная тема его творчества - Великая Отечественная война, долгая (8 лет 3 месяца) военная служба, память о войне и о друзьях, которые не вернулись домой. Вторая тема – 67 лет долгого, трудного и интересного учительского труда, сорокалетнее директорство в разных школах области (Альмяковская, Сергеевская, Первомайская, Тимирязевская, Светленская), тысячи выпускников. И, наконец, – это сегодняшняя жизнь, вечная занятость общественной работой, неиссякаемый оптимизм.
Дни подходят к концу...
Что об этом жалеть?
Ведь у каждого доля такая.
Нам важней не позволить душе постареть:
Плохо, если душа умирает.
Свои радости в жизни у каждой поры,
И тревоги свои, и заботы.
И поэтому нужно в ней вечно творить.
Жизнь прожить – это тоже работа.
От мальчишеских лет до сегодняшних дней,
Где б я ни был, я помню про это.
И я счастлив лишь тем, что я жил для людей,
Оставался всегда ЧЕЛОВЕКОМ.

Г.А. Сабанцева

ДАНТИСТ ПО-ТУТУНАЙСКИ
Рассказ
Разболелся у деда Егора зуб, никакого терпения нет, хоть на стенку лезь. Что только ни испробовал Егор, чтобы унять боль. И грелку к щеке прикладывал, и мятную настойку пил, даже водкой рот полоскал, хотя спиртное уже забыл даже, когда и пробовал. Ничего не помогло.
Бабка Матрена, с жалостью глядя на мучения мужа, посоветовала:
− Вырвать его надо, Егор. Съезди завтра к доктору.
Чуть не плача от боли, дед закричал с обидой:
− А то я без тебя не знаю, что мне делать! Вырвать! Ты лучше у себя вырви, у тебя все тридцать два зуба на месте, а у меня уже и так во рту почти ничего не осталось! Совсем беззубым, что ли, ходить?
Но, измучившись за ночь, утром дед Егор все же решил ехать в больницу. Надел пиджак с медалями, перевязал щеку полотенцем и пошел на автобусную остановку.
На автобус дед Егор успел и до больницы добрался благополучно, если не считать не отпускающей его боли.
У зубопротезного кабинета уже сидело несколько человек. Показывая очередникам на бумажку, приклеенную на дверь, заявил:
− Мне положено: я фронтовик.
Медсестра растерянно оглянулась на врача, занятого пациентом, потом предложила деду Егору сесть.
− Давайте, я вас все-таки запишу.
Врач освободился быстро. Весело улыбаясь, подошел к сидящему на стуле Егору, спросил:
− Слушаю вас, отец, на что жалуетесь?
− Зуб совсем замучил, доктор, вторые сутки не сплю.
− В бухгалтерии были?
− В какой бухгалтерии? Зачем?
− Осмотр зуба, отец, сейчас денег стоит. Платный он, для пенсионеров скидка − 50%. Деньги нужно заплатить сначала.
− Так ведь болит! Какая тут бухгалтерия!
− Можно и здесь заплатить, сестра квитанцию выпишет.
− Да нет у меня с собой денег! − с отчаянием закричал дед Егор. − Тебе что, трудно взглянуть, да посоветовать, что мне с ним делать?
Врач хмуро посмотрел на него, потом тихо предупредил:
− Не шумите, отец, не будоражьте людей. Проходите вон к креслу, садитесь в него, посмотрю, что там с вашим зубом происходит.
Он заставил Егора открыть рот, начал совать туда какими - то железяками, потрогал зуб пинцетом и, наконец, объявил:
− Износился ваш зуб, отец, удалять его надо.
− А по-другому никак нельзя? − с надеждой глядя на врача, спросил дед Егор. − Может, капли какие − нибудь?..
− Можно и капли, − согласился врач, − боль притихнет. А вот, надолго ли, не знаю. Лучше бы, все-таки его удалить. Вы сейчас сходите в бухгалтерию, заплатите деньги и за осмотр зуба, и за его удаление и снова приходите сюда. Кстати, у вас там и с остальными зубами тоже не все в порядке. Может, и их тоже на покой? А потом новые вставим. Разоритесь один раз, зато потом никаких забот.
− А сколько надо платить-то? − осторожно спросил дед Егор.
− Там вам скажут, в бухгалтерии, у них прейскурант на все виды работ есть. Я вам сейчас туда записку напишу.
Егор взял записку, вышел из кабинета, постоял немного, а потом все же решил в бухгалтерию зайти, поинтересоваться. «Может, на самом деле новые зубы вставить?» − подумал он, поднимаясь на второй этаж.
В бухгалтерии тоже молоденькие девчата сидели. Предложили сесть, взяли у деда записку, потом начали считать на какой - то машинке.
− Вы сразу будете платить, дедушка, или по частям? − спросила одна из них.
− А сколько платить-то надо?
− За осмотр зуба сто рублей, а если будете удалять его, еще триста. Значит, всего четыреста рублей. Это для вас, по льготным ценам.
И тут, к удивлению Егора, боль в зубе исчезла. Сразу, как будто ее и не было. Может, время подошло, а, скорее всего, от неожиданности: за один зуб четыреста рублей!
Посидел дед минуту − другую, боясь, что боль снова вернется, потом молча встал и, даже не попрощавшись, вышел в коридор.
Возвратился из больницы Егор вечером. Зуб его пока не беспокоил. Не успел он переступить порог, как Матрена, увидев спокойное лицо мужа, обрадованно спросила:
− Выдернули?
− Выдернули бы, да денег не хватило! − обозленно ответил Егор. − Теперь, милая, за спасибо никто ничего не делает, за все платить нужно. Вот и с меня за один зуб четыреста рубликов потребовали! Такие вот пироги!
− Господи, помилуй! Что же это делается? Куда ни придешь, везде деньги требуют! А с зубом-то, как же, Егор?
− Да отпустило, вроде, не болит. Еще там, в больнице, болеть перестал. Может, пройдет…
Не прошло. Уже на другой день зуб у деда разболелся еще сильнее. Нужно было решаться: или брать четыреста рублей и ехать в больницу, или придумывать что - то самому.
И тут Егор вспомнил, как когда-то, в детстве, дергали зубы в его родной деревне. И в эти самые минуты бабка Матрена, не догадывающаяся о мыслях мужа, вдруг заторопилась в магазин. Матрена ушла, а дед Егор, еще раз потрогав во рту больной зуб, не торопясь, начал готовиться к врачебной процедуре. Приготовиться он успел. Когда бабка стукнула калиткой ограды, Егор уже сидел перед дверью на стуле, скрученная для крепости суровая нитка, закрепленная петлей на больном зубе, привязана другим концом к скобке двери. В правой руке дед держал, на всякий случай большой клок ваты и чистое полотенце.
Чувствуя себя виноватой перед мужем за свое довольно долгое отсутствие, Матрена торопилась. Она быстро подошла к двери и резко открыла ее.
Громкий крик Егора оглушил ее. Матрена шагнула в комнату, увидела упавший на пол стул, лежащего рядом с ним мужа, выронила из рук пакет с купленными в магазине продуктами. Остановилась у порога и от испуга не могла вымолвить ни слова.
Дед Егор поднялся с пола, взял в руки стул и отнес его в комнату. И, только возвратившись оттуда обратно, спокойно проговорил:
− Зуб свой лечил. Оказывается, и дела-то тут на одну минуту. Больно, конечно, было, но теперь все в порядке. И без больницы обошлось, и деньги платить не нужно. Иди, готовь обед, есть что-то захотелось.
Егор быстро отрезал нитку с болтающимся на ней вырванным зубом, смотал ее и сунул в карман.
За обедом попросил Матрену:
− Давай-ка я, старуха, еще раз прополоскаю во рту. Хотя зуба там уже нет, но вдруг какая − нибудь зараза осталась. Обезопаситься надо, на всякий случай.
Бабка Матрена о своем участии в проведении только что прошедшей лечебной процедуры так и не узнала.
«Кто знает, − подумал Егор, − может, и еще раз придется такой способ использовать. Пусть лучше вся это только моим секретом будет».
А.Н. Сабанцев